Материк

Информационно-аналитический портал постсоветского пространства

Поиск
Авторизация
  • Логин
  • Пароль
Календарь
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Улучшим закон о гражданстве!

Улучшим закон о гражданстве!  далее »
12.12.2017
16:18:36
Соотечественники из Эстонии приготовили смелые вопросы к пресс-конференции Владимира Путина далее »
16:13:37
Перевод русских школ Латвии на латышский язык обсудят в российской Госдуме далее »
16:00:35
Воронежская область потратит в 2018 году в 15 раз средств больше на переселение соотечественников из-за рубежа далее »
10:59:44
Граждане Южной Осетии смогут лечиться в России бесплатно далее »
11.12.2017
22:42:48
Вопрос приобретения гражданства Абхазии гражданами России не обсуждается далее »
19:56:38
В Болгарии жива память о русских солдатах-освободителях далее »
15:22:49
Кирилл Фролов презентует книгу о РПЦ как последней крепости исторической России в Институте стран СНГ 26 декабря далее »
11:48:58
РЖД пустила поезда в обход Украины далее »
10:49:46
Венецианская комиссия раскритиковала дискриминационный закон Украины "Об образовании" далее »
10:42:52
МИД назвал важной задачей сохранение наследия русского мира за рубежом далее »

Американская «сделка века». Время покажет. Выпуск от 08.12.2017 далее »

Грузинский «варяг» в новой украинской Сечи. 60 минут. Эфир от 07.12.2017 далее »

ПРАВ!ДА? Возвращение соотечественников: полный провал? далее »

Специальный репортаж Английская паранойя далее »

Андрей Грозин: Саммит ОДКБ решал организационные вопросы далее »

Куда ведет украинский путь? Право голоса далее »

Какой будет судьба Донбасса? далее »

Рубрика / Видео

Киевский базар


28.09.2011
 

Скачать медиафайл

"Эксперт online"? Передача "Угол зрения"

— Здравствуйте, господа. С середины августа накатом до самого начала сентября шли весьма вспыльчивые гневные разговоры и из Киева, и отчасти из Москвы о надвигающемся конфликте вокруг газовых поставок России на Украину. На этих выходных в России был с блиц-визитом президент Украины Янукович, он встретился и с президентом России, и с премьер-министром России. Судя по официальным сообщениям, ничего особенного во время этого визита не произошло. Но проблема-то действительно острая. О том, как там обстоят дела, нам сегодня расскажет специалист — заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин. Здравствуйте, Владимир Леонидович.

— Здравствуйте.

— Была польза от визита Януковича?

— Очень большая.

— Какая?

— Вы понимаете, в чем дело. Там, видимо, начитались, наслушались Юргенса, начитались «Коммерсанта», и поэтому…

— Нет, тогда уж «Ведомостей».

— И «Ведомостей» тоже. И поэтому посчитали, что самая лучшая тактика — это как бы стращать Россию очередной войной, чтобы один из двух противостоящих друг другу насмерть российских руководителей выступил в качестве миротворца и снизил им цену на газ. Но вот эта встреча показала Виктору Федоровичу, что придется стратегию менять на прямо противоположную. Потому что никакого зазора между теми самыми руководителями не оказалось.

— Ну, да, да. В этом смысле он в очень удачный день прилетел, да. Как раз чтобы использовать зазор, надо было прилететь в субботу 24-го. Во!

— Да. Да.

— Высший класс.

— Хотя и до того было не очень, так сказать, понятно, как можно приезжать просить что-то в страну в тот день, когда проходит съезд правящей партии.

— Ну-у, ему могли не доложить о такой мелочи. Хотя, видите какое дело, меня больше-то смущает другое. Вот совсем незадолго до этого визита (еще никто не знал, чем он кончится), но тем не менее было известно, что он назначен, незадолго до этого визита господин Янукович публично говорил там по телевидению, просто корреспондентам, что все готово для подачи в суд, сейчас мы идем в суд (правда, не уточнял, в какой именно) оспаривать основной контракт с Россией, он же понимал, что в Москве он ничего подобного говорить не будет.

— Да.

— Вот каким образом делается эта странная политика? То есть то, что говорится на внутренний рынок, оно вообще не имеет отношения к делу?

— Знаете, вот это меня всегда поражает в лидерах стран СНГ, но иногда это проскальзывает и у лидеров других стран, как любят выражаться некоторые, более цивилизованных. Вот такое чувство, что они живут в XIX веке, и все новости приходят в течение месяца на лошадях. Поэтому они считают, что если они в одном месте выступят и скажут одно, а в другом месте выступят и скажут другое, то услышат только те, кому было сказано там, и те, кому было сказано здесь. А то, что существует интернет, существуют информационные агентства, как-то до них не доходит.

— Ну, если всерьез, если без того, что говорится буквально на потеху публике, — это Господь с ним, какова реальна линия мысли у нынешнего киевского руководства? Ну, вот они неизвестно зачем ввязались в этот процесс над госпожой Тимошенко, они пытаются ее посадить за то, что она подписала этот контракт, который они сами публично обязуются исполнять, пока не будет судебного решения. Вот это все, это шизофрения какая-то, где линия, чего они хотят?

— Мне кажется, что линия была опять же навеяна теми же самыми представлениями сторонними о том, что происходит внутри в России, и поэтому этот судебный процесс шел частично над Тимошенко, а частично ведь над нашим премьер-министром. То есть…

— Ну, извините, все-таки юрисдикция-то не распространяется.

— Юрисдикция не распространяется, но как бы как элемент давления… Вот мы сейчас признаем этот договор ничтожным, а кто этот договор-то с российской стороны подписал? Вот, подписал Путин. А мы обратимся к Медведеву. А Медведеву может понравиться то, что Владимир Владимирович оказался в сложном положении…

— Это я понял.

— Все такие вот игры, понимаете?

— Владимир Леонидович, я понял. Но это же детский сад.

— Детский сад.

— Значит, ну там хоть один юрист в советниках ходит, он должен был рассказать: что бы ни решил Подольский или, какой там, Печерский суд, это никакого влияния на контракт международный оказать не может, поэтому, ребят, что вы делаете? Вы хотите просить о пересмотре контракта российскую сторону и вы пытаетесь ее обидеть одновременно.

— Ну посмотрите, а чем… что, так сказать, не детский сад, когда говорят: вот мы переименуем «Нафтогаз» и…

— Ну, это вроде перестали, это перестали. Какое-то время говорили.

— Ну, так, я в свое время приводил пример. Это вот девушка купила автомобиль в кредит, вышла замуж, поменяла фамилию и решила не платить банку.

— Абсолютно.

— Из той же самой серии. Мне кажется, что они прекрасно… уж тем более Азаров — такой грамотный, квалифицированный человек…

— Я про что и удивляюсь. Там серьезнейшие люди есть.

— …прекрасно все понимает. Но все-таки у нас, конечно, олигархия оказывает влияние на деятельность нашей исполнительной власти, что уж говорить; крупный бизнес, никуда не денешься — основа страны.

— Ну, он наполовину государственный. Ну, Бог с ним.

— Да, наполовину государственный. Но не в такой степени, как у них. И здесь, мне кажется, было тому же Азарову и Януковичу прямо сказано: мы вас поддерживали, когда избирали, вот идите и привезите нам дешевый газ; мы к этому дешевому газу привыкли, мы свои… эти самые… свои состояния на этом газе сделали, мы хотим за счет дешевого российского газа продолжать покупать дорогих африканских футболистов.

— Ну насчет африканских футболистов не нам бы говорить — мы тут тоже хороши.

— Мы тоже хороши.

— Я вас понимаю, но дело вот в чем. Я же, собственно, не спорю.

— Но мы-то за счет своего газа, а не чужого покупаем. К сожалению.

— Да. Есть такое различие. Но дело вот в чем. Я понимаю стремление добиться снижения цены. Это человеческое стремление…

— Это естественно. Да.

— Но я не понимаю, почему оно так нелогично. И я не понимаю, почему это делается в таком все-таки повествовательном ключе. Значит, ребята, давайте поговорим; а вот мы готовим вроде в суд, а вот мы не готовим; а вот мы встретимся в Донецке с комиссией, по-президентски поговорим, а может быть, не встретимся. У них на самом деле надвигается банкротство. Почему тон разговора не соответствует, на мой взгляд, остроте ситуации?

— Потому что других-то, других вариантов они не видят. С одной стороны, Россия предлагает… что называется, Россия, да, загоняет их в угол, но в углу там две дверцы. На одной дверце написано «Таможенный союз», на другой написано «совместное владение газотранспортной системой». Да, туда надо пригнуться, да, залезать туда будет трудно, в том числе и потому, что много слов было сказано про европейский выбор и про национальное достояние: труба — это основа украинской государственности…

— Ну, это правда.

— Как они это говорили.

— Так оно и есть. Кто, собственно, оплачивал? Труба и оплачивала. То есть мы через эту трубу.

— Да, совершенно верно. Но при этом желание такое… тем более оно основанное… тут мы виноваты… основанное на длительном 20-летнем опыте, что Россия так или иначе в итоге, чтобы не травить гусей, чтобы перед выборами не напрягать ситуацию, чтобы не ссориться опять с Евросоюзом, хотя тут тоже есть нюансы, потому что ведь… насчет ссориться с Евросоюзом… Я украинским коллегам все время говорю: вы просто посмотрите на суть вещей. В ходе первой газовой войны вся западная, европейская пресса была на вашей стороне, но те люди, которые принимают решения, приняли решение о «Северном потоке». В ходе второй войны прессы за вас было меньше, но тоже много. Но те люди, которые в Европе принимают решения, приняли решение о «Южном потоке». Если вы еще раз как бы что-то устроите, реакция какая будет?

— В любом случае больше бояться нечего. Верхнего потока никто не устроит.

— Верхнего не устроит. Но вот единственное такое внятное предложение со стороны Виктора Федоровича Януковича, которое он озвучил перед приездом, мол, давайте «Южный поток» пустим по украинской территории.

— Ну, это даже не смешно. Это еще слабее, чем переименовать «Нафтогаз».

— А я предложил продолжить эту его идею. Если он допускает возможным прокладку и существование на украинской территории трубы, принадлежащей «Газпрому», то еще дешевле просто переименовать (они же собираются переименовать «Нафтогаз»), переименовать «Нафтогаз» в «Южный поток» и отдать его «Газпрому».

— А-а… Вы все шутите, а людям не до шутки. Я вот недавно увидел цифры, я не очень внимательно слежу, в отличие от вас, за украинскими делами, а тут увидел, просто как-то странно стало. У них за последние пять лет национальный долг утроился.

— Да.

— Это темпы какие-то совершенно недопустимые. Тут все Грецию ругают. Так это ж не лучше, чем в Греции.

— Вы понимаете, в чем дело. Опять же, мне кажется, что здесь и наша вина. В чем? В попустительстве. Мы в свое время фактически кредитовали, льготно кредитовали Украину дешевыми ценами на наши энергоресурсы.

— Ну да.

— Исходя из того, что мы были в единой стране, мы вместе разведывали эти месторождения, мы сами вместе создавали украинскую промышленность с высокой степенью энергопотребления, так как это было в единой стране.

— Да, у нас самая расточительная в Европе.

— Да. И поэтому, мол, дадим им время, чтобы они… Но это время они, к сожалению, использовали не для того, чтобы снизить энергопотребление, сейчас начал Бойко говорить: вот мы тут на уголь перейдем, мы тут будем в два раза меньше газа закупать.

— Причем уже завтра. Уже завтра. Вот завтра перейдем, завтра будем…

— Да, завтра перейдем. Вот представьте себе даже в доме где-нибудь под Москвой поменять газовую колонку на угольную, что это такое…

— Я думаю, что все понимают, какие это дикие инвестиции огромные, какое это время…

— Совершенно верно. И время, да. Но при этом те 20 лет, когда мы все время инвестировали их, мы были виноваты, что давали несвязанный кредит. То есть мы просто снижали цену на газ, вместо того чтобы…

— Владимир Леонидович, давайте перейдем с прошедшего времени на настоящее. Потому что виноваты — хорошо, виноваты, я, собственно, не против, мало ли в чем мы виноваты.

— Да.

— Мы уроки извлекли?

— Извлекли.

— Вот сейчас в октябре будут приниматься решения, на самом деле будут приниматься решения, что бы там ни говорили стороны, но придется принимать решение по украинскому газу. Они будут приняты с учетом вот того, что вы сейчас говорите? То есть какие-то условия будут? Причем условия, чтобы Янукович сделал заранее, потом он не сделает. Что-нибудь мы от него наконец потребуем? Что?

— Мы от него требуем. Вступай в Таможенный союз.

— Я вас умоляю! Ну не будет этого никогда. Стратегия: подальше от России, поближе к Европе — это единственное, что у него есть. У него только и есть эта стратегия. Основная стратегия развития украинского государства. Он от нее неправомочен отказаться.

— Вы знаете, в свое время, совсем недавно, один их сосед… как это… не будем говорить, кто, но это был Лукашенко… он попытался в такую игру поиграть. То есть он не приехал в Питер, он решил не подписывать Таможенный союз, ему, так сказать, совершенно четко объяснили, что с завтрашнего дня таможенная граница Таможенного союза пройдет между территориями России и Белоруссии со всеми вытекающими последствиями. Вот сейчас это объясняют украинской стороне. Но там проблема вот в чем. Все они прекрасно понимают. Но проблема опять в тех же самых украинских олигархах, которым важнее процесс бесконечного движения в Евросоюз, европейского выбора, для того чтобы не было, как с Лазаренко, для того чтобы, не дай бог, не тронули их вклады в западных банках, их офшорные предприятия и так далее, и тому подобное. Что будет со страной, им не так важно. Вот в этом проблема.

— Владимир Леонидович, а какие реальные рычаги есть у нас, у наших коллег по Таможенному союзу, для того чтобы, ну, показать Украине, где ее реальные выгоды?

— Ну, к сожалению, или, с одной стороны, четко рассказать, что будет на следующий день, или если…

— А что будет на следующий день?

— Ведь у Украины поток ее товаров поделен ровно пополам — в Евросоюз, в Россию; ну, там копейки в сторону Китая или, наоборот, Соединенных Штатов.

— Ну, естественно, по географическим признакам…

— И значит, половина экспорта Украины становится неконкурентоспособной.

— Почему?

— А потому что возникает таможенная граница. Таможенная граница возникает. И здесь дело, там, не в злом Путине, который хочет что-то такое украинцам насолить и так далее, а просто реальность. Какой же это Таможенный союз реальный, работающий, когда есть дыра в виде границы с Украиной у этого Таможенного… Это тогда не таможенное объединение. Это нечто другое — то, что вот у нас было долгие годы, когда заключались какие-то соглашения, и все равно, так сказать, дырявое это постсоветское пространство не позволяло реально создавать нормальные экономические интеграционные объединения.

— Когда киевским партнерам говорится, что вот будет введена таможенная граница…

— Не верят.

— Ну что значит не верят?

— Обойдется, глядишь.

— Документы по Таможенному союзу они опубликованы, все написано черным по белому, они имеют подписи трех президентов, трех правительств, я уж не помню, кто их подписывал. Почему… Как можно не верить?

— Глядишь, обойдется. Глядишь, вот все-таки что-то такое произойдет… И опять 20 лет вроде бы удавалось. Здесь была надежда, что вот сейчас Россия не будет связываться, что в России займутся внутренними, так сказать, сложными маневрами между конкурирующими группами элит, и поэтому решат: ну ладно, Украине, чтобы она тут не мешалась под ногами, мы там эту скидку сделаем, и Бог с ней, потом после выборов разберемся. Надежда была такая. Она не сработала. Другой стратегии у них нет. Надо сказать, то, что эта стратегия не срабатывает, Янукович почувствовал еще в Сочи, когда он рассчитывал, что вот тут Путин жестко поставил ультиматум, сейчас приедем к Медведеву, с ним договоримся. Не договорились. Оказалось, что, может быть, у Путина и Медведева к Каддафи отношение разное, но вот к Украине одинаковое.

— Это интересная деталь, конечно. Скажите, пожалуйста, сейчас ведь идет весьма активная работа, насколько я знаю, Баррозу даже обещает, что она в этом году закончится, но это маловероятно, по заключению соглашения ассоциированного членства Украины…

— Да, даже в Украине признают, что, собственно говоря, это ассоциированное членство в экономическом плане дает на порядок больше Евросоюзу, чем Украине. То есть с украинской стороны это…

— А разве иначе бывает?

— Естественно.

— Ну, как-то довольно понятно.

— Довольно понятно, да. Но при этом с той стороны это политико-экономическое решение, а с этой стороны — чисто политическое, которое только может ухудшить положение страны. Тем более в нынешней ситуации, когда, что называется, не до Украины. Может быть, там те люди, которые не задействованы в реальной экономике Евросоюза и которых назначили отвечать за вот это восточное партнерство и так далее, они продолжают по инерции (ну положено, деньги получают) что-то такое произносить и говорить. Но те люди, которые занимаются реальной экономикой в Евросоюзе, заняты Грецией, Испанией и на 45-м месте только Украиной.

— Ну это довольно понятно, что они сейчас не очень кому-то нужны, потому что у всех своих забот выше крыши.

— Конечно.

— Вот, собственно, это меня более всего и занимает. Как это отражается в том, что называют украинцы замечательным словом «политикум». Как их политикум реагирует на то, что идет кризис, идет большая волна, что вот ни левым, ни правым по карте они не нужны?

— Вы понимаете, если один мой хороший знакомый, известный украинский политолог (не буду называть его фамилию), он мне, так сказать, прямо говорил и надеялся как бы на позитивную реакцию с моей стороны, он говорил: Володь, вы в России должны сделать все, в том числе и помочь материально, чтобы Украина вступила в Евросоюз.

— Хорошая мысль.

— Хорошая мысль. Но при этом… я говорю: а наш где интерес?

— Да.

— Начинаются там слова про, так сказать, цивилизацию, что мы будем как бы вашим передовым отрядом и вы вслед за нами войдете. Ну детский сад. Ну, если всерьез, так сказать, обсуждаются такие вещи…

— А они всерьез обсуждаются?

— А если мы 20 лет это делали? Если они, по сути, сейчас удивляются: ну вот, Янукович вроде наш, и он так себя ведет. Он просто возрождает кучмовскую стратегию. Стратегия Ющенко была: просто вот отворачиваться от России, устраивать скандал и уходить. Стратегия Кучмы до этого была — улыбаться России и при этом двигаться в сторону Запада. И еще сейчас хотят полностью возродить кучмовскую стратегию, чтобы двигаться в сторону Запада еще за счет России.

— Ну вот я и спрашиваю. Вот вы, значит, говорите, что в октябре будет решение принципиально другое. В чем оно будет другое?

— Ну, значит, Таможенный союз — все, не хотим, у нас европейский выбор.

— Я думаю, они не согласятся.

— Да, у нас европейский выбор. Их право.

— Абсолютно.

— Но им же предложены были две маленьких дверцы в углу, да? Вот вторая дверца… на ней написано это самое… уже то, что предложение «Южный поток» через Украину, — это значит российская собственность на трубу в Украине, значит, да? Это уже один, так сказать, сигнал.

— Но это же предложение, это пустые слова. Это ж они ни на что не опирались.

— Это сигнал, что они согласны в принципе на российскую собственность на трубы, идущие через Украину. И второе, уже сейчас, я так понимаю, судя по сигналам в украинской прессе (там тоже у них, так сказать, утечки, как у нас, через уважаемые некоторые газеты, так и у них), что, мол, на тройственную собственность на газопроводы украинские — с привлечением Евросоюза — они согласны. Ну это вот предмет для дискуссии. В какой степени…

— Я не очень понимаю. На самом деле не очень понимаю, потому что с российской стороны я понимаю такого партнера. Есть долги «Нафтогаза» перед российскими контрагентами, эти долги могут быть конвертируемы — понимаю механизм.

— Да.

— Я не очень понимаю, каким механизмом будет включен европейский партнер? Просто на самом деле… чисто технически.

— В общем, они представляют, что надо ремонтировать трубы…

— Да. Да. И за это надо платить.

— Да, и трубы отремонтируют на российские и немецкие деньги. Ну, они вроде бы, как греки, считают, что немцы должны…

— А что, есть какие-то посулы со стороны немецких компаний?

— Нет, конечно.

— Я что-то не читал ни разу.

— Нет, конечно. Вы понимаете, вот это характерная особенность, может быть, так сказать, лирическая душа украинского народа проявляется в том числе и в трезвых политологах и экономистах. Иногда очень много легенд, которые они принимают за реальность. Я очень хорошо помню, что человек в «оранжевом» правительстве, отвечавший за вступление в Евросоюз, мне в VIP-зале «Борисполя» где-то через месяц после «оранжевой революции» на полном серьезе говорил: Володь, вот увидишь, через три месяца мы будем там. Вы понимаете?

— Ну, что…

— Это же один на один, не под телекамеры, не на Пятый канал телевидения.

— Секундочку, Владимир Леонидович, мы с вами несколько минут назад согласились, что вот господин Азаров… еще мы можем назвать серьезных людей на Украине, которые такие глупости не думают и не говорят. А они о чем думают и о чем они говорят?

— Они… у меня такое чувство, что они не вольны в достаточной степени, которая необходима все-таки в исполнительной власти, в своих поступках и действиях. И в своих даже высказываниях. Слишком сильно украинские олигархи влияют на поведение.

— Ну хорошо. А почему не делаются совсем простые вещи? Вот, значит, когда Янукович избирался два уже года назад, среди его обещаний был и статус русского языка…

— Да.

— …который олигархам совершенно до фонаря, олигархам все равно, какой статус русского языка…

— Ну, олигархи сами пользуются…

— Русским языком.

— Русским языком.

— В меру способностей. Там было обещание федерализации Украины, которая восточным олигархам прямо на руку. Тем не менее оба эти обещания абсолютно не исполняются. Почему? Ваша вот эта простая версия не работает.

— Ну, что касается федерализации, им не очень на руку, они хотят Украину всю, а не восточную часть. И, кстати, имеют. Что касается русского языка, вы намекаете, обменять русский язык на дешевый российский газ? Я принципиальный противник этого. В конце концов, русские, русскоязычные граждане в России имеют полные возможности для пользования родным языком. А русскоязычные граждане Украины должны сами бороться за то, чтобы пользоваться родным языком. Если они, так сказать, недостаточно активно это делают, в том числе и через партию, за которую они голосовали, от нее не требуют, то уж российским гражданам из своего кармана вынимать, по сути… да?

— Я понимаю вашу логику. Я понимаю вашу логику, хотя, конечно, мог бы возразить, что если мы 20 лет оплачивали стремление Украины в Европу, могли бы какое-то время заплатить за обратный ход. Но линию понимаю. Итак, вы предсказываете, что…

— Извините, пожалуйста, я перебью. Они ведь такого предложения даже не делают.

— Так они и не сделают никогда. Значит, подводя итоги нашей слишком короткой для этой острой темы беседы, я хотел бы вас спросить. Значит, вы считаете, что в октябре не будет больших поблажек Украине?

— Я надеюсь.

— Вот на этом слове «надеюсь» — хорошее такое слово, которое равно понятно по обе стороны российско-украинской границы, мы сегодняшнюю беседу и завершим. Всего доброго.

Обращаем ваше внимание на то, что организации: ИГИЛ (ИГ, ДАИШ), ОУН, УПА, УНА-УНСО, Правый сектор, Тризуб им. Степана Бандеры, Братство, Misanthropic Division (MD), Таблиги Джамаат, Меджлис крымскотатарского народа, Свидетели Иеговы признаны экстремистскими и запрещены на территории Российской Федерации.

Вы сможете оставить сообщение, если авторизуетесь.

Материалы по теме дня "Предчувствие газовой войны"

О "письме генералов" к визиту Виктора Януковича

Полностью разделяя озабоченность авторов письма вопросами единства Церкви и исторической Руси, русского и украинского народов, я констатирую, что авторы переваливают ответственность с больной головы на здоровую.

«Украинские власти продолжают линию Кучмы - улыбаться России, но двигаться на Запад»

В преддверии визита президента Украины Виктора Януковича в Москву, который будет посвящен решению газового вопроса, в российском экспертном сообществе обострилась дискуссия, какую линию поведения должно выбрать российское руководство.

Газовый штаб Януковича проводит информационную спецоперацию накануне визита в Москву

Накануне визита президента Украины Виктора Януковича в Москву украинская сторона предпринимает попытки сформировать российское общественное мнение в пользу уступок Киеву в вопросе цены на газ.

Открытое письмо Президенту Российской Федерации Дмитрию Анатольевичу Медведеву

"Стратегическое партнерство Украины и России споткнулось о газовые цены".

Газовая информационная война уже ведется - эксперты

Портал "Материк" продолжает освещение последних тенденций в российско-украинских отношениях и внутренней политики Украины. На этот раз нашими собеседниками стали ведущие эксперты двух стран.

"Газовая война возможна лишь если украинские власти примут большевистское решение"

Своё видение ситуации, сложившейся в российско - украинских отношениях, порталу «Материк» изложил главный редактор журнала «Однако», политолог Михаил Леонтьев

Газовая война возможна, но обе стороны сделают всё, чтобы её избежать

О последних событиях украинской политической жизни и взаимоотношениях этой страны с Россией порталу «Материк» рассказал научный сотрудник Института славяноведения РАН, политолог Олег Неменский.

Киев обещает соблюдать газовое соглашение

Украина будет добросовестно исполнять подписанные в начале 2009 года газовые соглашения с Россией, хотя считает кабальными их условия и добивается их пересмотра, заявил пресс-секретарь премьера Украины Виталий Лукьяненко.

Позиция Киева в вопросе цены на газ «ни в какие ворота не лезет» - Медведев

Президент России Дмитрий Медведев выразил надежду, что опыт последних лет в вопросах сотрудничества в газовой сфере чему-то научил украинских партнеров.

Если Украина оспорит в суде газовые контракты, она может потерять скидку, предусмотренную Харьковскими соглашениями - дипломат

Россия допускает расторжение Харьковских соглашений в случае обращения Украины в суд для пересмотра газовых контрактов, заявил советник посольства России в Украине, руководитель группы экономической политики Алексей Урин.

Другие материалы по теме

Газовые страдания Украины.

В поисках утраченного транзита 

Украина назвала условия покупки газа у России

Финишная прямая украинского транзита

Финишная прямая украинского транзита 

Суд Киева решил взыскать штраф с имущества «Газпрома»

Украинская ГТС: без России никуда

Украинская ГТС: без России никуда 

Газовая лихорадка: как Украина избавляется от импорта голубого топлива

Газовая лихорадка: как Украина избавляется от импорта голубого топлива 

Проблемы ГТС Украины серьезнее, чем об этом говорят чиновники

Проблемы ГТС Украины серьезнее, чем об этом говорят чиновники 

Надежно-ненадежная ГТС: в Киеве идет борьба за «Укртрансгаз»

Надежно-ненадежная ГТС: в Киеве идет борьба за «Укртрансгаз» 

Нафтогаз не исключает закупку газа в России

"Бестолковая политика": на Украине опасаются проблем с транзитом газа

"Бестолковая политика": на Украине опасаются проблем с транзитом газа 

Материалы партнеров

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Яндекс цитирования

Copyright ©1996-2017 Институт стран СНГ.